Лекция 8. В чём смысл жизни: нигилизм, абсурд и экзистенциализм

Рано или поздно этот вопрос настигает каждого — часто ночью, или в потере, или, наоборот, посреди благополучия: а в чём, собственно, смысл всего этого? Зачем я живу, к чему всё идёт, есть ли во Вселенной хоть какая-то цель — или мы просто случайные искры в равнодушной тьме? Это, может быть, самый важный и самый пугающий вопрос философии. Сегодня посмотрим ему прямо в лицо: разберём, что такое нигилизм и почему он тупик, что такое абсурд, и как экзистенциалисты предложили дерзкий ответ — если готового смысла нет, его можно создать самому.

1. Вопрос, которого мы боимся

«В чём смысл жизни?» — фраза, которая звучит одновременно и как самый серьёзный вопрос, и как повод для шутки. Мы отмахиваемся от неё, потому что она пугает: за ней стоит подозрение, что ясного ответа нет, а заглянуть в эту пустоту страшно. И всё же вопрос никуда не уходит — он возвращается в трудные минуты, в моменты потерь, а иногда и на пике успеха, когда вдруг спрашиваешь себя: «и это всё? ради чего я бегу?».

Философия не обещает тут лёгкого утешения, но делает нечто ценное: она помогает поставить вопрос точно и увидеть, что ответов на него было несколько, и не все они ведут в отчаяние. Прежде всего надо развести две разные вещи, которые в этом вопросе слиплись: спрашиваем ли мы, есть ли у жизни смысл, данный откуда-то извне, — или о том, можем ли мы наделить её смыслом сами. Это, как мы увидим, два совершенно разных вопроса, и вся драма смысла разворачивается между ними.

2. Два взгляда на смысл

Начнём с этого различения, потому что оно — ключ ко всей теме.

Первый взгляд: смысл дан свыше. Веками люди верили, что у жизни есть заранее заложенная цель — Богом, мировым порядком, судьбой. Человек рождается с предназначением, как стрела летит к мишени, и его дело — распознать этот смысл и исполнить его. Это давало огромную опору: смысл гарантирован, он вписан в саму ткань мира, надо лишь встроиться в него. Второй взгляд, ставший влиятельным в последние века: готового смысла нет. Вселенная не создавалась ради нас и не хранит для нас цели; она просто есть, безмолвная и безразличная. И если это так, то смысл — не клад, который надо найти зарытым в мире, а произведение, которое человек должен создать сам. Разница колоссальна. В первом случае бессмысленность невозможна — смысл дан. Во втором она становится реальной угрозой: если никто не вписал смысл заранее, не окажется ли, что его нет вовсе? Именно этот второй взгляд и породил самые драматичные страницы философии — и начинается всё с тревожного слова «нигилизм».

3. Нигилизм и «смерть Бога»

В XIX веке немецкий философ Фридрих Ницше произнёс знаменитую и часто неверно понимаемую фразу: «Бог умер». Он не радовался и не богохульствовал — он ставил диагноз эпохе. Ницше имел в виду, что религиозная картина мира, веками дававшая людям готовый смысл и незыблемые ценности, перестала быть для многих самоочевидной; опора, на которой держались представления о добре, цели, порядке, зашаталась. И это, предупреждал он, чревато огромной опасностью — нигилизмом.

Нигилизм — это вывод, что раз высшего, данного смысла нет, то нет вообще никакого смысла и никаких ценностей: всё безразлично, ничто не важно, «всё дозволено» и всё бессмысленно. Это не просто грустная мысль, а настоящий духовный тупик, ведущий к отчаянию, апатии или цинизму: если ничто не имеет значения, то зачем вообще что-либо делать, стараться, любить? Ницше считал нигилизм самой большой угрозой наступающей эпохи — болезнью, которую человечество должно будет как-то пережить и преодолеть. Но, поставив этот страшный диагноз, он и его последователи не остановились на отчаянии. Наоборот: именно из честного признания, что готового смысла нет, они попытались вырастить не пустоту, а новую свободу. Как — об этом три великих ответа.

4. Три ответа на пустоту

Философы, которых называют экзистенциалистами, приняли вызов всерьёз: да, готового смысла нет — но это не приговор «всё зря», а задача. Вот три их знаменитых ответа.

Первый — Ницше. Раз старые ценности рухнули, человек должен стать творцом собственных ценностей, а не ждать их откуда-то. Он призывал сказать жизни решительное «да» вопреки её бессмысленности, полюбить свою судьбу со всеми страданиями (он назвал это «amor fati» — любовь к року) и творить себя, как художник творит произведение. Смысл не находят готовым — его создают силой и волей к жизни. Второй ответ — Альбер Камю, и он самый честный перед лицом пустоты; к нему мы сейчас перейдём отдельно. Третий — Жан-Поль Сартр, давший экзистенциализму его самую чёткую формулу о свободе, о которой тоже скажем подробнее. Общее у всех троих одно: они отказались бежать от бессмысленности в утешительную ложь, но отказались и провалиться в нигилистическое отчаяние. Они нашли третий путь — превратить отсутствие данного смысла в пространство свободы, где смысл творится самим человеком.

5. Абсурд и Сизиф

Альбер Камю смотрел на проблему с беспощадной ясностью. Он назвал главное человеческое состояние абсурдом. Абсурд, по Камю, — это не то, что мир бессмысленен сам по себе, а именно разлад, столкновение: с одной стороны, человек всем существом жаждет смысла, порядка, ответа; с другой — мир отвечает ему молчанием. Из этого зазора между нашим криком «зачем?» и безмолвием Вселенной и рождается чувство абсурда.

Что с этим делать? Камю рассмотрел варианты. Можно покончить с собой — но это капитуляция, отказ от вопроса. Можно совершить «философское самоубийство» — сбежать в утешительную веру, закрыв глаза на абсурд. Камю отвергает оба пути и предлагает третий: жить в полном сознании абсурда, не разрешая его ложью, и всё равно жить страстно и полно, — это он называет бунтом. Свой образ он взял из мифа о Сизифе, обречённом вечно катить камень в гору, откуда тот всякий раз скатывается вниз, — идеальный символ бессмысленного труда, то есть нашей жизни перед лицом абсурда. И Камю заканчивает поразительным выводом: «Сизифа следует представлять себе счастливым». Потому что Сизиф выше своей судьбы: он знает всю бессмысленность своего дела и всё равно делает его, и в этом ясном, несломленном принятии, в самом усилии — его достоинство и его свобода. Счастье не в том, что камень наконец останется наверху, а в том, чтобы принадлежать себе даже на этом склоне. Смысл — не в исходе, а в самой проживаемой, не сдавшейся жизни.

6. Свобода и ответственность

Жан-Поль Сартр придал всему этому самую ясную и радикальную формулу: «существование предшествует сущности». Звучит мудрёно, но смысл прост и мощен. У молотка есть сущность до существования: прежде чем его сделать, мастер знал, зачем он, — его назначение задано заранее. С человеком, по Сартру, всё наоборот: сначала мы просто существуем, рождаемся без готового назначения и заданной природы, — а уже потом сами делаем себя тем, кем становимся, через свои поступки и выбор. Нет никакой «человеческой сущности», предписанной заранее; каждый творит себя сам.

Отсюда знаменитое: человек «осуждён быть свободным». Осуждён — потому что этой свободы не выбирал, она — наш удел, от неё не спрятаться: даже отказ выбирать есть выбор. И эта тотальная свобода налагает тотальную ответственность: раз никто — ни Бог, ни природа, ни обстоятельства — не определил, каким мне быть, то за то, кто я есть, отвечаю только я сам. Это одновременно окрыляет и пугает, и Сартр честно говорил об этой тревоге свободы. Он же указал на любимый способ от неё сбежать — то, что он назвал «дурной верой»: самообман, при котором человек делает вид, будто у него нет выбора («так вышло», «я такой», «у меня не было вариантов»), лишь бы не нести бремя свободы. Подлинная жизнь, по Сартру, — жить не в дурной вере, а честно признавая свою свободу и отвечая за свой выбор. Смысл при этом не дан — но именно поэтому он в наших руках: мы буквально создаём себя и свой смысл каждым решением.

7. Как найти свой смысл

Что унести из этой головокружительной темы обычному человеку, не философу? Прежде всего — саму смену вопроса. Перестать спрашивать «в чём смысл жизни?», ожидая, что мироздание вручит готовый ответ, и начать спрашивать «чем я могу наполнить свою жизнь смыслом?». Это не поражение, а освобождение: смысл, который вы создаёте сами — в деле, которому служите, в людях, которых любите, в том, что творите и за что отвечаете, — ваш по-настоящему, а не навязанный извне.

И несколько трезвых уточнений напоследок. Первое: отсутствие вселенского, космического смысла вовсе не означает, что в вашей жизни нет смысла человеческого; звёздам нет до вас дела — но вашим близким, вашему делу, вашим ценностям есть, и этого достаточно, чтобы жизнь была полна. Второе: смысл рождается не из размышления, а из вовлечённости — из того, что вы во что-то вкладываетесь, кого-то любите, чему-то преданы; часто вопрос «зачем жить» отступает сам, стоит начать жить деятельно и связанно с другими. Третье: даже если вы верите в данный свыше смысл, экзистенциалисты правы в одном — прожить его всё равно предстоит вам, своими выборами, и от вашей свободы и ответственности никуда не деться. Философия смысла не выдаёт готового ответа — она возвращает его создание в ваши руки и говорит: твоя жизнь — это то, что ты из неё сделаешь. В следующей, предпоследней лекции спустимся с высот личного смысла к вопросу о том, как нам жить не поодиночке, а вместе: о свободе, справедливости и устройстве общества.

Итоги

• Вопрос о смысле распадается надвое: есть ли смысл, данный свыше, — или мы создаём его сами; это два разных вопроса.
• Два взгляда: смысл найденный (заложен Богом, природой — надо распознать) и смысл созданный (готового нет — надо сотворить самому).
• «Бог умер» у Ницше — диагноз: готовый смысл перестал быть очевидным, и грозит нигилизм — тупик «всё зря, ничто не важно».
• Три ответа на пустоту: Ницше (создай свои ценности, скажи жизни «да»), Камю (прими абсурд и живи полно), Сартр (ты свободен и сам себя определяешь).
• Абсурд Камю — разлад между жаждой смысла и молчанием мира; ответ не самоубийство и не бегство в ложь, а бунт: «Сизифа надо представлять счастливым».
• Сартр: «существование предшествует сущности», человек «осуждён быть свободным» и потому за себя отвечает; бегство от этого — «дурная вера».

Вопросы для самопроверки

1. Чем вопрос «есть ли данный смысл» отличается от «могу ли я создать смысл»? Почему это разные вопросы?
2. Что Ницше имел в виду под «смертью Бога» и почему предупреждал о нигилизме?
3. Что такое абсурд по Камю? Почему он призывает «представить Сизифа счастливым», а не сдаться?
4. Как понять формулу Сартра «существование предшествует сущности» и слова «осуждён быть свободным»? Что такое «дурная вера»?
5. Как сместить вопрос с «в чём смысл жизни» на «чем наполнить жизнь смыслом»? Откуда, по-вашему, рождается смысл?

Литература

• Альбер Камю. «Миф о Сизифе» — главный текст об абсурде и о том, как жить перед лицом бессмысленности.
• Виктор Франкл. «Человек в поисках смысла» — психолог, прошедший лагерь, о том, как смысл спасает.
• Жан-Поль Сартр. «Экзистенциализм — это гуманизм» — короткое и ясное изложение идей о свободе и ответственности.

Это восьмая лекция курса «Философия». В следующей спустимся от личного смысла к жизни сообща: свобода, справедливость и устройство общества. А свой собственный вопрос о смысле всегда можно проговорить и распутать вместе с Фреди.